Президент Ливана согласится на переговоры с Израилем только после полного прекращения огня

В последние недели на Ближнем Востоке наметился потенциально тектонический сдвиг, способный изменить расстановку сил в регионе. На фоне продолжающихся месяцев обмена ударами между Израилем и ливанским движением «Хезболла» прозвучало заявление, которое многие эксперты уже назвали «дипломатической бомбой». Президент Ливана Жозеф Аун, чья должность долгое время оставалась вакантной на фоне политического кризиса в стране, выступил с инициативой, напрямую связанной с перспективой мирных переговоров с еврейским государством.

Как сообщает ливанский телеканал MTV со ссылкой на официальные источники в Бейруте, Жозеф Аун четко обозначил свою позицию: Ливан готов сесть за стол переговоров с Израилем, но только при одном ключевом условии — полное и устойчивое прекращение огня на границе. «Прекращение огня является необходимым первым шагом для любых последующих переговоров с Израилем», — подчеркнул ливанский лидер. Это замечание особенно важно, поскольку оно официально фиксирует готовность Бейрута к диалогу — шаг, который еще несколько месяцев назад казался немыслимым в условиях доминирования военного крыла «Хезболлы» в южных регионах страны.

Осознавая остроту и неоднозначность своего заявления внутри Ливана, где память о прошлых войнах с Израилем еще свежа, а влияние проиранских сил остается огромным, Жозеф Аун поспешил защитить свои слова от обвинений в предательстве национальных интересов. «То, что я делаю, — не предательство, — заявил он. — Предательство совершают те, кто втягивает свою страну в войну ради чужих интересов. Те, кто втянули нас в войну, теперь призывают нас к ответу за то, что мы решили идти на переговоры под предлогом отсутствия национального консенсуса. Но когда вы шли на войну, у вас был национальный консенсус?» Эта риторика направлена прямо в адрес политических оппонентов президента, прежде всего — шиитского движения «Хезболла», которое действует в Ливане как независимое военно-политическое образование, часто принимая решения без оглядки на официальный Бейрут.

Знаковым фоном для этих заявлений стало недавнее выступление президента США Дональда Трампа. Американский лидер выразил оптимизм относительно ближайших перспектив урегулирования, заявив, что встреча лидеров Израиля и Ливана могла бы состояться в ближайшие пару недель в Белом доме, пока действует режим прекращения огня. «Думаю, что президент Ливана и премьер-министр Израиля (Биньямин Нетаньяху) в ближайшие пару недель приедут сюда», — сказал Трамп, назвав возможный саммит «историческим событием». Он также напомнил, что перемирие продлится дополнительно еще три недели, и выразил надежду, что этот хрупкий мир сохранится.

Однако реальность на земле выглядит гораздо более мрачно, чем оптимистичные прогнозы из Вашингтона. Несмотря на то, что Ливан и Израиль 17 апреля согласовали десятидневное перемирие, стороны фактически не соблюдают его. Особенно парадоксальной выглядит ситуация с формальным статусом участников конфликта. Армия Ливана, которая de jure отвечает за безопасность границ, не принимала участия в боевых действиях. Войну против Израиля вела исключительно «Хезболла», которая не является участником упомянутых договоренностей о перемирии. Как следствие, израильские военные и боевики «Хезболлы» уже возобновили удары по позициям друг друга, фактически похоронив надежды на даже краткосрочное затишье.

Реакция со стороны «Хезболлы» не заставила себя ждать. В тот же день, 27 апреля, генеральный секретарь движения Наим Касем выступил с жестким заявлением, поставив под удар все миротворческие инициативы Бейрута. «Мы категорически отвергаем прямые переговоры с Израилем, и те, кто находится у власти, должны понимать, что их действия не принесут пользы ни Ливану, ни им самим», — заявил Касем. Это прямое противопоставление официальной линии президента Ауна означает, что Ливан как государство остается заложником политики негосударственного актора, обладающего одной из самых мощных ракетных арсеналов в регионе.

Таким образом, Ливан оказался на распутье. С одной стороны — президент, который пытается вытащить страну из тени чужой войны и хаоса, используя американское посредничество. С другой — «Хезболла», для которой прямой диалог с Израилем является идеологическим табу, а прекращение огня без собственных условий — лишь тактическая пауза. Будет ли услышано слово президента Ауна в собственной стране или же Ливан вновь скатится в водоворот эскалации — зависит от того, удастся ли найти тот самый «национальный консенсус», о котором говорит Бейрут, и которого так не хватает сегодня на улицах ливанских городов.